Интересно

Цикл интервью с новой командой губернатора Кубани Вениамина Кондратьева сегодня продолжает заместитель главы администрации, курирующий вопросы агропромышленного комплекса, Андрей Коробка. В эксклюзивном интервью нашему корреспонденту он рассказал, как постарается сделать, чтобы животноводы получали больше денег и имели крышу над головой, рады ли фермеры своему человеку в команде губернатора и почему футбол иногда помогает принимать нелегкие решения.

Цикл интервью с новой командой губернатора Кубани Вениамина Кондратьева сегодня продолжает заместитель главы администрации, курирующий вопросы агропромышленного комплекса, Андрей Коробка. В эксклюзивном интервью нашему корреспонденту он рассказал, как постарается сделать, чтобы животноводы получали больше денег и имели крышу над головой, рады ли фермеры своему человеку в команде губернатора и почему футбол иногда помогает принимать нелегкие решения.

 СЛОЖНЫЙ ЭЛЕМЕНТ

– Андрей Николаевич, давайте для начала вспомним Маршака, его стихотворение, на котором выросло не одно поколение. Помните: «Я б в строители пошел, пусть меня научат». Вы стали министром сельского хозяйства и вице-губернатором. Вас никто не учил, образно говоря, оторвали от земли и пересадили в очень высокое кресло.  Приоткройте, пожалуйста, занавес таинственности: как все это случилось?

– Да так и случилось.  Никакой таинственности. Да, я был министром сельского хозяйства и совмещал две должности. Сейчас их разделили, когда изменилась структура администрации. Теперь, как вице-губернатор, курирую только блок агропромышленного комплекса. Вот и в строках Маршака говорится, что нет ничего невозможного. Нужно только огромное желание. Я всегда привожу пример из недавнего времени, когда серьезно занимался футболом. Сложный элемент. Говорю ребятам: 5 – 10 тренировок, и все будет хорошо, мы его осилим. Так и в жизни – надо стараться, заставлять себя достичь ту или иную цель. Самое главное, какую цель ты ставишь перед собой.

Я и раньше, будучи главой КФХ, очень тесно контактировал с минсельхозом. Участвовал в различных совещаниях, в том числе и федерального уровня. Года два – три хорошенько поварился в этой каше. Контактировал с различными структурами разного уровня. И принцип работы в министерстве для меня, в общем-то, не был откровением. Уже многое понимал. Куда важнее было влиться в новый коллектив.

–  Нам теперь надо ждать нового министра сельского хозяйства?

– Да. И это дело ближайшего будущего.

 – Получается, что блок усиливается?

–  Правильно. Скажем так, есть внешний фронт работы, где надо отстаивать интересы края на самом высоком уровне. А есть внутренняя работа, где интересы края надо защищать не на бумаге, а по факту, то есть произведенной продукцией, и где всегда надо быть на месте. Вот поэтому и принято такое решение.

–  И все-таки, Андрей Николаевич, насколько вы были готовы к такому повороту судьбы? Возглавлять фермерское хозяйство, пусть и крепкое, это одно. А тут, вдруг… Сколько ночей вы не спали, чтобы принять твердое решение?

– Да спал я все ночи. Только весь вопрос, сколько часов. Признаюсь, тревожно стало, когда уже принял решение. Груз ответственности  чувствительно придавил плечи. Это как у тяжелоатлетов: заявленный вес надо поднять! Мне предстоит это сделать. И не так, что сегодня сказать, да, я смогу, а завтра – извините, не получилось. Ни в коем случае! Это мое взвешенное решение с расстановкой всех акцентов.

– А ваша жена, узнав потрясающую новость, не испугалась, не пыталась ли зажечь перед вами красный свет или все было как в известном фильме «Москва слезам не верит», когда главный герой говорил, что все решения в семье я буду принимать сам, по той причине, что я мужчина?

– Ну, конечно, нет. Я принимаю решение, и мне нести за него ответственность. Хотя у нас и такого нет: я сказал, и точка! Мы уважаем мнение друг друга. А по правде сказать, моей Екатерине переживаний за мужа, естественно, добавилось.  Это как в любой любящей семье.

КРАЙНОСТИ ОСТАВИМ НА ПОТОМ

– Не страшно теперь отвечать за признанную житницу России?

– Не могу сказать, что это страшно. Опять-таки и в этом случае приходится говорить о грузе ответственности. Всегда сложно что-то менять в хорошо отлаженном процессе. Да и зачем? Когда край собрал почти 60 центнеров зерна с гектара, каждый шаг вперед теперь будет труднее, чем скажем, когда стремились к 50-ти. Это аксиома. Для меня неприемлемы крайности. Куда важнее собирать все по крупицам, и чтобы мои действия приводили к результату. В той или иной степени он может меняться, но результат всегда должен быть положительным.  Важно выстроить систему, которая позволяла бы шаг за шагом работать на результат.

– Недавно в интервью с вице-губернатором по экономике  моя коллега сказала, что у него расстрельная должность. Позволю себе оспорить это утверждение. Руководить селом  всегда считалось именно такой должностью. Достаточно вспомнить историю минувших лет. А вы как думаете?

– Если говорить, сколько поменялось моих предшественников на этой должности, то, может быть, и так. Но я не знаю всех причин их смены. Скажу, что край аграрный. От любого руководителя всегда ждут большого скачка. Я считаю так: пусть лучше будет один шаг вперед, но уверенный, а не так, что пять шагов пробежали, а потом остановились и думаем: а где ж мы оказались, а не вернуться ли назад и начать все сначала? Лучше идти поступательно. У нас хороший фундамент, мощный АПК. Но все равно необходима господдержка. И для того, чтобы модернизация всех отраслей проходила верно, важно обозначить вектор развития. Сельхозпроизводитель любой формы собственности не должен быть обделен вниманием государства. И мы – важное звено в этой цепи. Нам еще предстоит выстроить такую политику, чтобы она была для блага всех.

– Когда фермерское движение еще делало первые шаги, с высоких трибун было сказано, что им объявляют войну. Потом отношение изменилось. Люди делом доказали свою состоятельность. А вот сейчас фермеры обрадовались, образно говоря, своему человеку в команде губернатора?

– Не знаю. Это надо спросить у них. Хотя, я думаю, обрадовались, скорее, те, кто работает. А те, кто в ноябре посеял пшеницу и в августе вспомнил, что ее надо еще и убрать, на земле работать не должны. Земля должна эффективно работать у каждого производителя. У кого-то отличные урожаи, и налоги, соответственно, он платит большие. У кого-то наоборот: ни урожая, ни налогов. А субсидии все хотят получать одинаково. Так быть не должно. Ведь субсидии формируются из налогов, и где справедливость?  А надо так:  если ты заплатил больше налогов, то и субсидий должен получать соответственно.

У нас со следующего года будет погектарная поддержка  животноводства. Держишь коров – получи повышенную ставку. Вторая поддержка, я еще об этом не говорил, будет касаться сданного молока. Она будет дифференцированной. Вспомните, сколько мы говорим, что нам надо развивать молочное животноводство.

– Да сколько я себя помню.

– Вот именно. Мы сейчас получаем в лучшем случае 70 телят от 100 коров, а надо, как минимум, 85 и более. Встает вопрос: как это сделать? Все стараются произвести как можно больше молока от коровы в год. Это и понятно, но продолжительность жизни каждого животного сокращается до двух – трех  лет. Много коров выбраковывают. Из них уже выжали все соки. А в советское время сколько было? Корова жила на ферме семь – восемь  лет.

– Но и давала всего-то около 2 – 3 тысяч килограммов молока в год, насколько я помню. А вы сейчас сказали, что на 7 – 8 тысяч замахнулись. Что-то я логики не пойму.

– А у населения сколько та же корова давала молока? И 20, и даже 30 килограммов в день. Ведь никто из частников никогда не станет держать убыточную корову. Держали только колхозы, потому, что им приказали. Значит, уход за животными был совсем другой и отношение к делу. У меня не хватит пальцев на руках, чтобы показать, сколько сейчас наших хозяйств ищут нетелей для ремонта дойного стада  за пределами края. Платят огромные деньги на стороне. В том числе и те, что мы им  доплачиваем за килограмм произведенного молока, то есть субсидии. И одна из причин этого – небрежное отношение к проблемам воспроизводства молодняка. Низкая зарплата у специалистов, плохие условия  селекционной работы и еще много других причин. Недавно разговаривал с ректором нашего аграрного университета. И конкурс вроде бы хороший на профильный факультет, а на село  после окончания вуза идут работать единицы. Логика здесь простая. Уж лучше я останусь в городе, в ветеринарной клинике, кошек и собак лечить, чем возвращаться в хозяйство и за низкую зарплату, без всяких перспектив на жилье, работать в навозе.

ДОРОГА К ЭФФЕКТИВНОСТИ

– На следующий год мы изменим выдачу субсидий. Платить будем не только за молоко, но и за производство телят. У кого этот показатель выше, тот и получит гораздо больше субсидий. Деньги на эту программу есть, и даже больше, чем в уходящем году. Есть повод руководителям хозяйств разных форм собственности хорошенько призадуматься, что им выгоднее.

– Получается, что можно сразу убить двух зайцев?

– Да, создать хорошие условия жизни и работы для специалистов и увеличить производство молодняка, который больше не будем искать на стороне. Я подсчитал, что, если мы перешагнем планку в 80 телят от 100 коров,  то сможем своим доморощенным молодняком не только ремонтировать дойное стадо, но и увеличивать численность молочного стада, а не искать его по всему миру, как это было совсем недавно. И огромные деньги останутся в крае.

– А почему раньше этого не делали? Ведь очевидная  вещь получается.

 – Субсидия должна доходить до эффективного собственника, а не по принципу всем "сестрам по серьгам". Недавно меня спросили,  по какому  пути мы пойдем в плане наращивания производства молока. Сказал, что будем увеличивать дойное стадо. А значит по экстенсивному? Да, по экстенсивному. Почему? Если мы и дальше будем увеличивать надои от коров, выжимать из них все соки, то скоро их некем будет заменить. Хорошее поголовье сейчас не только в России, но и за ее пределами уже трудно найти и за большие деньги. И еще. А что мы за качество молока получим, постоянно увеличивая надои? Ведь препараты бесследно не уходят. Это как в спорте. Накачали атлета препаратами. Да, он стал чемпионом. А потом?  Так и здесь. Можно достигнуть успеха, но он будет сиюминутным. Эффективное производство молока будет в том случае, когда корова  заживет своей полной физиологической потребностью. Тогда и воспроизводство будет, и хорошее молоко, и здоровый продуктивный молодняк, который можно получить только от здорового животного, и нормальная работа ветеринарам и всем специалистам. Природу ведь не обманешь.

– А можно узнать, как вы относитесь к руководителям, будь то генеральный директор акционерного общества или глава крестьянско-фермерского хозяйства?

– Даже глава личного подсобного хозяйства для меня тот же производственник, что и генеральный директор. Подход ко всем абсолютно равный. Все мы звенья одной цепи. Убери одно из них, и что получится? Каждый субъект должен нести свою ношу.

–  Вы уже рассказывали, что когда премьер-министр был на Кубани, к нему обратился фермер с просьбой помочь с приобретением земли. Ведь агрохолдинги и фермеры находятся в заведомо неравных условиях.  Понятно, кто выигрывает конкурсы. Дмитрий Медведев попросил нашего губернатора обосновать ситуацию. Письмо было отправлено в правительство. Не подскажете, как сейчас складывается ситуация? Фермеры очень интересуются.

– Уже было обращение к президенту. Владимир Владимирович наложил резолюцию. Все идет поэтапно. Мы должны создать одинаковые условия работы для всех. Тогда и конкуренция будет нормальной и прозрачной. Фермерам нужна земля, чтобы они занимались животноводством, садоводством и выращивали овощи. Вот три конька, которые дадут еще и дополнительные рабочие места на селе. А если фермер сеет подсолнечник и пшеницу, извините, ничего особого здесь не надо. Несколько человек справятся, но настоящей экономики там не будет.

– В средствах массовой информации недавно появилось сообщение, что программа импортозамещения в стране провалилась. Это что, «происки реакции» или кто-то решил под Новый год создать маленький продуктовый ажиотаж, чтобы товар на прилавках сильно не залеживался?

– Скорей всего, это так и есть. Ну сами подумайте, мы недавно собрали рекордный урожай зерна, есть серьезный прорыв по овощам, хорошие дела в рисоводстве и переработке. Да и страна который год экспортирует десятки миллионов тонн зерна. Производители радуются: отечественный продукт востребован, есть прекрасные возможности  и дальше наращивать производство продуктов питания. Так что не так все однозначно.

– Уверен, что каждое рабочее утро вы начинаете с анализа состояния озимого поля. Как оно там?

– Вы помните, надеюсь, страшно засушливую осень. Были серьезные опасения: сеять в оптимальные сроки или подождать. Созвали «совет в Филях». Ученых, практиков. Решили сеять, несмотря ни на что. И не прогадали. Хотя, если бы не прошли долгожданные дожди, мы уже строили стратегию будущего ярового сева, с учетом возможного пересева весной больших площадей. А кто нас не послушал, а были и такие, тот прогадал. Это хорошо показал облет озимых полей.

–  Сейчас настроение нормальное?

– Вполне. Озимые выглядят удовлетворительно и даже хорошо.

КАК ПО ХРОНОМЕТРУ

–  Своим фермерским хозяйством по-прежнему занимаетесь или передали бразды правления в другие руки?

– Мой младший брат занимается. А в моей ситуации или – или. Третьего не дано.

– А место жительства сменили? И  вообще, во сколько вы начинаете рабочий день?

– Рано. В 6.30. Завтра еще раньше. Мне предстоит очередной выезд. А живу я так же в Динской. Вторник и четверг в 7 утра у меня начало тренировки по футболу, а в 8.15 я уже на рабочем месте. Все как по хронометру.

– То есть любовь к «искусству» не угасает?

– Нет! Футбол – это состояние души. Совсем недавно играл в высшей лиге Краснодарского края за один из клубов своей станицы.

– Любовь к спорту – она откуда?

– Я еще со второго класса начал заниматься. В начале 90-х получил почетное звание лучшего полузащитника Кубани. Мы тогда играли на призы турнира «Кожаный мяч». А однажды преподаватель физкультуры попросил меня пробежать 3 тысячи метров за нашу школу. Я пробежал и выиграл чемпионат района. Потом он говорит, а пробеги, пожалуйста, еще и на краевых соревнованиях. «Вон видишь человека?» «Вижу», –   отвечаю. «Ты должен за ним прибежать». Я за ним и прибежал с новым рекордом своего района. Учитель физкультуры меня спросил, мог ли я быстрее пробежать. Ответил, что мог, но вы же сами сказали за ним прибежать! Потом был чемпионат России. Когда перешел на пятиборье, стал бронзовым призером страны и бронзовым призером чемпионата мира. А  поступив в политех, снова занялся футболом, который мне немало дал в жизни. Круг друзей, добрые советы. Это дорогого стоит.

– Вы были почти рядом со спортом высоких достижений.

– Да уж, лучше сельское хозяйство высоких достижений! Я всегда между этих двух огней.

– А может, в огороде  поработать? Вы любите в огороде покопаться?

– У меня сейчас огород в несколько миллионов гектаров. Копать – не перекопать.

– Андрей Николаевич, один ноль в вашу пользу. Хорошо. А на большом футболе бываете?

– Конечно, да! «Краснодар», «Боруссия». Это место, где можно немного отвлечься от работы, получить эмоциональный заряд. В текущей работе рутина иногда заедает. Ведь не зря говорят, что лучший отдых – это перемена деятельности. У меня нет много времени, чтобы полежать на диване и отдохнуть. Утро вечера мудренее – это не для меня. Бывает, не получается, не могу найти нужный результат. А тут побегал, в спорт окунулся, с футболом соприкоснулся, с кем-то поговорил, что-то обсудил – и на тебе, утряслось. Вот оно, решение!

 «ПЛАТИТЕ БОЛЬШЕ» – Я ТАК НЕ СКАЖУ

– И решение по субсидиям так принималось?

– Да, примерно так. Я долго думал о субсидиях на молоко. Как оно будет получаться? Меня губернатор спрашивает, почему людям мало платят, почему они не идут в животноводство. Заставь руководителей, разберись. А как? Я же не могу напрямую сказать: платите больше. Они скажут: "Да отстаньте от нас!" Поэтому стимулятор здесь должен быть экономический. Я очень надеюсь, что он сработает. Со многими специалистами разговаривал. Они подтверждают, что это единственный способ решения проблемы, когда платить субсидии будем не только за молоко, как я уже говорил, но и за производство телят.

В нашем крае два вида субсидий. Стимулирующие и компенсирующие. Возникает вопрос, а что надо компенсировать? Все виды производств у нас прибыльные: и растениеводство, и производство молока, овощей, плодов. Только мясное скотоводство балансирует на грани рентабельности, но это не основная отрасль. Надо нарастить молочное скотоводство, когда  выход телят будет большой, а 50 процентов из них, как известно, – это бычки, вот вам и говядина. Все, вот вам и решение вопроса!

Я вот о чем часто задумываюсь. Очень нужен федеральный закон, который бы обязал всех землепользователей заниматься животноводством. Всем регионам установить уровень нагрузки на 100 гектаров пашни. Для Кубани, скажем, 25 коров. Этим законом мы поставим всех в равные условия. А если ты не хочешь заниматься животноводством, то погектарная ставка налога на землю в твоем хозяйстве будет не 1000 рублей, а, скажем, 10 тысяч. Плати в бюджет эти деньги, а мы из этих средств будем давать животноводам дополнительные субсидии на развитие отрасли и выравнивать уровень конкуренции и рентабельности. А сейчас в животноводстве рентабельность отрасли процентов 30 – 40. В растениеводстве все 100.  И тот, у кого такой высокий процент, не пойдет заниматься животноводством. Значит, ты не вносишь на поля навоз, не сеешь многолетние травы, не улучшаешь плодородие полей и национальное достояние – богатейший чернозем – сливаешь в унитаз.  Работаешь только на свой карман. А кто будет думать о земле, беречь ее и хранить для наших детей?

С принятием такого закона у нас появилось бы много ферм. А это опять-таки новые рабочие места. Оживился бы строительный бизнес. На полную мощность заработала бы комбикормовая промышленность, и мы наконец-таки перестали бы вывозить за рубеж только сырье, получая взамен готовую продукцию. Вот тогда  и закипела бы жизнь на селе! Плюсов тут всех не перечислишь.

 ДУША ПРОСТОРА ПРОСИТ

– Да, прямо-таки фантастика какая-то. Кажется все так просто, и, вместе с тем, все так сложно. Давайте вот о чем поговорим. Как вы относитесь к журналистам? У вас нет аллергии на нашего брата?

– Да нет, что вы. Наоборот, вы помогаете донести мысли, идеи до широкого круга людей. И мне важна обратная реакция. Есть такое выражение: «Дурак ошибку не увидит, умный ее исправит, а мудрый ее не допустит». Ну, мудрости у меня еще нет. Поэтому, чтобы не допустить ошибку, важно знать мнение людей, как можно большего количества людей. И вы  в этом здорово помогаете.

– Что вам больше по душе: море, горы или степь?

– Степь. Душа всегда простора просит. А еще люблю коров. Люблю и все тут. Особенно когда приезжаешь на ферму, а к тебе бегут телята и смотрят на тебя доверчивыми глазами, в которых нет обмана. Когда мне было 12 – 13 лет, отец уже мне доверял трактор. Я пахал в ночную. Красота кругом. Остановишься перекусить тем, что тебе мама в котомку положила. Звезды над тобой, как блюдца. Тишина! А еще цикады песнь свою поют. Чудно! Вот они, картинки детства. Вот они, истоки, ни с чем не сравнимые чувства!

 – За какое время руководитель вашего уровня способен себя показать?

– Пусть покажет время и скажут люди.

Вина Кубани – гордость России! Что вы выпьете в новогоднюю ночь?

– Кубанское шампанское, что может быть еще прекраснее?

–  Как вам в новом статусе? Простите за образность, «пиджак» не жмет?

– Все нормально.

– Вы не стали еще чиновником?

– Я не хочу им быть!

Борис ЗОЛОТОВ.

[email protected]

 

Блиц-интервью

– Самый лучший подарок, который вы получали на день рождения?

- Счастье близких.

- Кем мечтали стать в детстве?

 -  Агрономом или ветеринаром. Прозаично? Я так не сказу!

– Чему больше радуетесь: утру или вечеру?

- Утру. Началу нового дня и продолжению жизни.        

– Если ваши близкие укоряют вас, что вы мало времени с ними проводите, какие слова находите, чтобы объяснить ситуацию?

- Не помню такого. Я с семьей всегда ищу выход из ситуации.

– Ваше любимое блюдо?

- Сразу все не перечислишь. Если коротко, борщ и пельмени.

 

25.12.15 03:00 – , просмотров: 479

Поделиться в социальных сетях: