Кубанские Новости
Общество

Пилигримы огненных вершин

Пилигримы огненных вершин

Два с половиной года кубанская команда под руководством известного российского путешественника Константина Мержоева странствовала по миру, пройдя пять континентов, 70 тысяч километров. О своей одиссее он рассказал журналистам в конференц-зале «Ку

Елена Иванова,корреспондент службы новостей:

- Константин, насколько я знаю, экспедиция «Огненный пояс Земли» — ваша десятая по счету, если брать в расчет большие проекты. Почему вы заинтересовались именно вулканами?

- Я думаю, мало найдется таких людей, кому не интересно было бы просто из чистого любопытства посмотреть на вулканы. К тому же я по профессии геолог-геоморфолог, и все процессы, происходящие как снаружи, так и внутри Земли, — это моя тема. Кстати, этот проект я придумал еще в 2002 году. Тогда мы собрались в экспедицию «Сотый меридиан», нужно было пересечь Евразию от мыса Пиай до мыса Челюскин, от крайней южной до крайней северной точки планеты. Я бросил работу, чтобы готовиться к экспедиции, продал машину, чуть ли не заложил самого себя, все поставил на карту… и проиграл. Не хватило денег. Масштабных экспедиций и проектов спонсоры и инвесторы почему-то опасаются. Говорят, вас там убьют или что-нибудь с вами случится, и нам бы не хотелось иметь к этому отношение. Тогда друзья вышли без меня, и я очень переживал. Ведь это мы с другом разрабатывали маршрут, а я смог присоединиться к ним только в Монголии. И от злости придумал еще более глобальный проект. Хотя за это время я участвовал в ряде других крупных экспедиций.

- Ваша экспедиция носила спортивно-научный характер?

- Да, но чтобы исследовать вулканы и вообще происходящие на земле процессы, нужны столетия, а еще лучше — тысячелетия. У человечества такого опыта нет. Есть записи лишь по некоторым крупным вулканам, таким как Везувий. Тем не менее мониторинг всего тихоокеанского вулканического пояса Земли мы провели, а также вели этнографические наблюдения, отмечали изменения с точки зрения экономической и физической географии, ведь школьные учебники и карты по географии до сих пор используют данные 60 — 80-х годов. Кроме того, в ходе экспедиции проводились медико-биологические и психологические наблюдения группы, то есть то, как люди себя ведут в замкнутом коллективе. Мы, конечно, летели не на космическом корабле, но все равно никто никуда не отлучался. А это довольно тяжело. Страны постоянно меняются — и есть сложности с языковым барьером, да и менталитет наш сильно отличается от тех народов, с которыми мы по ходу знакомились. Со временем накапливается психологическая усталость. Последние полтора года мы друг с другом почти не разговаривали — только по делу, и не потому, что возникли какие-то обиды, просто все друг о друге все знали и не о чем было говорить. Практически шесть часов чистого времени ты оставался наедине с собой. Многое передумано, проанализировано.

Федор Пономарев,спортивный обозреватель:

- Сколько человек отправилось в путешествие и как вы подбирали себе команду? Приглашали ли кого-нибудь из западных путешественников, ведь они могли подтянуть за собой богатых спонсоров.

- Я по миру хожу 20 с лишним лет, и могу сказать, что вариант с западным спонсором очень призрачная вещь. Им это не нужно, если нет уверенности в 100-процентной выгоде. В России благотворителей искать легче, потому что говоришь на одном языке, проще донести суть проекта. Что касается команды, я, честно говоря, думал, что пойду один. Раньше были такие варианты, когда люди присоединялись ко мне по ходу экспедиции на определенных этапах, а фактически от начала и до конца я проходил маршрут один. Есть немалые сложности: на довольно длительный период нужно оторваться от семьи, решить вопрос с работой и так далее. Информация о том, что я ищу попутчиков, разлетелась по сарафанному радио по всей стране, сам по себе проект нашел много поклонников, но уйти на 2,5 года мог позволить себе не каждый. На мое удивление, основной состав получился из края. На то время команда состояла из 24 — 25-летних ребят. Из пятерых человек в конце экспедиции, кроме меня, остались двое — хронометрист Николай Коваленко и заведующий снаряжением Илья Семенов. Повару Алексею Казаченко и врачу Андрею Колодкину по разным причинам пришлось вернуться домой раньше времени.

Я, конечно, психологически к походу их готовил, говорил, когда будет происходить ломка, что нужно делать, как из нее выходить, на что обращать или не обращать внимания. Я как руководитель должен был действовать на опережение и учитывать даже маленькие нюансы, которые через время могли вырасти в большую проблему. Перед ними нужно снять шляпу за то, что они это выдержали. Путешествие было действительно непростым, опасным с разных сторон – начиная от природы и кончая встречей с различными племенами. Мы прошли через страны, которые находятся в состоянии войны, на островах, где живут людоеды, участвовали в конфликтах. А отдельные медали команде следует выдать за то, что выдержали меня.

Иван Прытыка,заведующий отделом экономики:

- За два с половиной года вы побывали на пяти континентах, прошли пустыни, больше двух месяцев шли по Антарктиде. Скажите, что человеческому организму легче переносить — запредельную жару или нестерпимый холод? Есть ли какие-то способы облегчить существование в экстремальных условиях?

- У меня организм тренированный, и если мы попали в пустыню, он у меня сразу перестраивается – я практически не пью воду, только при приемах пищи. А на холод я уже давно стал смотреть философски. Но, конечно, тяжело, когда вы живете при средней температуре холода 25 — 27 градусов 76 дней, как мы, и не имеете возможности прийти домой и согреться. У ребят физическая подготовка была нормальная, а вот психологически им приходилось сложно. Но, с другой стороны, для них это было впервые, а здесь — как при парашютном прыжке: все прыгнули, и ты прыгнул, но во второй раз уже не каждый на это осмелится. Я в конце экспедиции спросил у каждого: пошли бы еще раз? Все ответили «нет».

- А вы бы сами пошли?

- Я — мазохист. Я пошел бы еще раз.

Василий Сальников,корреспондент отдела экономики:

- Вы поднялись почти на 70 вулканов. Какой самый необыкновенный?

- Вулканы все необычные. Нет похожих. Они — как люди, с разным характером и внешностью. В США — это Сент-Хеленс. В Мексике — Попокатепетль. В Центральной Америке в Коста-Рике — Ареналь. В Южной Америке в Эквадоре — это Котопахи и Чимборасо, кстати, самый высокий вулкан в мире, почти 6300 метров. Еще один, который вдруг начал извергаться в 2008 году, — Чайтен, в Чили, наделал много бед. Мощным взрывом тогда сожгло вокруг тысячи гектаров леса, двухэтажные дома стояли в пепле под самый козырек, хорошо, что людей успели эвакуировать. Мы там были спустя два года, и он еще находился в активном состоянии. В Новой Зеландии вулканы спящие, а пары из них выходят через трещины. На глазах у нас начал извергаться остров-вулкан Манам в Папуа — Новой Гвинее — полетели бомбы, полилась лава, все как положено, и нам пришлось покружиться вокруг на катамаране до утра, чтобы потом на него подняться.

Александр Власенко,обозреватель по вопросам права:

- Какие моменты вашего пути оказались самыми сложными и опасными?

- Когда мы попали в Мехико, я пришел в российское посольство познакомиться, и консул говорит: не вздумайте ехать на север Мексики. А мы только оттуда приехали, и я показал ему на карте точное место. Оказалось, что здесь орудует местный боевик — Хуарес, который контролирует всю эту территорию. Буквально в то же время, когда мы там были, он вывел из автобусов и расстрелял двести с лишним туристов, ничего у них не взяв. Просто так, для устрашения своего правительства.

А в Гватемале в представительстве России нас предупредили: если к вам подойдут и начнут просить часы, отдавайте, а то могут застрелить или рубануть мачете, оружие есть у многих. Мы выступали на пресс-конференции в президентском дворце, а после пошли на остановку. Остановился рейсовый автобус, и там лежали после перестрелки несколько трупов. Вообще, на нас почти везде смотрели с большим удивлением, потому что мы лезли в такие места, где белые, скорее всего, прежде не бывали.

Много крови у нас попили папуасы. За два месяца путешествия я там спал в среднем два-три часа за ночь, потому что они нападали на нас каждые три-четыре дня с целью грабежа, как разбойники. Я знал, что Папуа — Новая Гвинея считается самой опасной страной в мире. А главный город — Порт Морсби — самой опасной столицей мира. Здесь нет ни одного дипломатического представительства. Белые ездят на экскурсии в зарешеченном автобусе под вооруженной охраной. А нам приходилось жить среди них. Женщины и дети у них веселые, смеялись над нами, подбегали, щупали. А мужики угрюмые, все вооружены мачете, луками, ножами, заточками, слава Богу, не огнестрельным оружием. И если они находятся рядом, все время их боковым зрением контролируешь, не знаешь, чего от них ждать.

Однажды ночью они украли у нас мотор, а без него под парусом очень сложно заходить в порты. Между нами получилось жесткое противостояние, наутро в этой деревне остались только воины, женщин и детей они эвакуировали. Несколько десятков папуасов во главе с вождем клялись, что ничего не брали. Я понимал, что мы проигрываем в количестве и физической силе. Нужно было брать хитростью. И оказалось, что я выбрал такую же тактику, как когда-то Джеймс Кук. Папуасы плавают на пироге, а ее делать очень долго — два-три года. С нашей стороны, на счастье, оказалось несколько их лодок, и я выразительно постучал по пироге мачете и предупредил, что каждый час буду рубить по одной. И вождь заволновался. Спустя час, как и обещали, мы стали рубить пирогу — они притащили мотор. Мы его поставили, проверили и отчалили. Но нам еще неоднократно приходилось рубиться с папуасами, у нас были даже ранения. Мне тогда сильно недоставало огнестрельного оружия, но сейчас я думаю, что Всевышний меня сберег, и я не взял грех на душу. Но в то время они меня так достали, что человек двадцать я бы точно положил без всякой жалости.

Иван Прытыка,заведующий отделом экономики:

- Были ли у вас сложности с финансированием и кто вам помогал?

- Эта экспедиция проходила под эгидой Русского географического общества. Мы получили грант на ее проведение из рук Владимира Путина — его хватило на две трети финансирования путешествия, еще одну часть дали мои друзья и знакомые. Весь поход мы жили впритык, случались моменты, когда и продуктов не хватало.

Елена Иванова,корреспондент отдела новостей:

- Многие ученые считают, что в науке уже невозможно сделать какие-то глобальные открытия. А в географии еще есть такая возможность?

- И в географии уже нельзя, к сожалению, сделать глобальные открытия. К примеру, открыть остров. Космическая съемка показала планету как на ладони. Но люди привыкли ходить проторенными тропами, а в мире еще столько заповедных мест, где нога человека даже и не ступала. В нашей стране территория от реки Лены и в сторону Чукотки исследована процентов на 20, а остальное — терра инкогнито. Там животные — медведи, волки, лоси — не от вас бегут, а к вам, как к родственнику. То же самое и в других странах мира, особенно в Южной Америке. Есть такие джунгли, куда вы просто не сможете войти. Ветки так сплелись, что их и мачете не возьмет, там не живут даже индейцы.

Александр Власенко,обозреватель по вопросам права:

- А если бы стоял выбор, в какой стране вы бы остались жить?

- Воплощение мечты любого цивилизованного человека — это Новая Зеландия. Сказочная страна на двух островах. Начиная от природы и кончая социальными условиями для жизни — здесь все для людей. Из не очень цивилизованных стран незабываемые впечатления оставляет Перу. Все очень дешево и очень интересно: и географические памятники, и природа, и различные племена. Самые глубокие каньоны — там. Самые огромные птицы кондоры — там. Одна пустыня Наска чего стоит! Это родина древней цивилизации — индейцев инков. Инки сами по себе необычный народ.

Полина Фалина, корреспондент службы новостей:

- А в США совсем не понравилось?

- Если говорить об Аляске, откуда мы начали путешествие, то там много русских, староверов. А сама страна не понравилась, осталось даже негативное впечатление.

- Почему?

- Мы во время путешествия видели каждую страну как бы изнутри. Нам никто не старался специально понравиться. Да, это спокойная страна. Но никакой демократии там и близко нет. И нам не стоит их бояться. Мы легко выиграем любую битву и военным, и человеческим ресурсом. Но американцы, конечно, ведут сильную пропаганду по всему миру против нас. Я разговаривал с военными в Австралии, они показывают: вот эти все береговые пушки и охрана нацелены против русских. Я так удивился и говорю: да в России все воспринимают Австралию через образы кенгуру и попугаев, здесь самая большая диаспора — русская. Зачем нам на вас нападать? Вы же хрен знает где. Мы сильно проигрываем Америке информационную войну. Но могу сказать, что к русским относятся хорошо практически везде, к американцам практически везде плохо — из-за их высокомерия по отношению ко всему остальному миру.

Валентина Беспалая,специальный корреспондент:

- Константин, скажите, а после такого длительного путешествия не произошла ли у вас переоценка жизни?

- Она у меня произошла давно. А сейчас я наконец-то понял, в чем корень зла в нашей российской жизни. В каждом из нас. Пока каждый не изменится — страна никуда не двинется.

- А вы — человек верующий?

- Когда находишься в таком месте, где за тысячи километров нет ни одного километра, начинаешь понимать, какая ты, в сущности, песчинка, и что все зависит только от господа Бога, ну и в чем-то от тебя самого. Жить нужно по религиозным законам, которые прописаны во всех конфессиях. У нас люди молятся Богу, ходят в церкви и мечети, но поступают в жизни почему-то по-другому. Мы по своим духовным качествам обгоняем многие народы, может, даже, стоим первыми. Но по хамскому отношению друг к другу находимся на уровне папуасов, я не утрирую. Я путешествую уже 20 лет, а ребята из моей команды пережили культурный шок, когда вернулись в Россию. Они уже отвыкли от того, что люди могут быть такими грубыми. Я стоял в супермаркете, не помню, в какой стране, и задумался, а уже подошла моя очередь к кассе. Когда очнулся — оглянулся, а за спиной стоят человек тридцать. И никто даже не подумал кричать или пихнуть меня, все терпеливо ждали. Там на дорогах все уступают друг другу, и так происходит даже в тех странах, где люди друг друга убивают как врагов, а у нас, наоборот, никто не уступает. У нас только разного рода «корочки» могут привести в чувство и заставить быть вежливым.

Иван Прытыка,заведующий отделом экономики:

- А кто вас первым встретил в России, ну, кроме пограничников?

- Молодые ребята лет по 25, на Сахалине. Они нашли в Интернете на нашем сайте дату, когда мы прибудем, пригласили нас домой, набежала целая куча молодежи, было очень весело. Мы еще у них дня три прожили. В общем, Родина встретила приветливо.

Наталья Бердникова, корреспондент отдела политики:

- Когда собираетесь в новую экспедицию? И куда думаете отправиться?

- Обычно между крупными путешествиями проходит около двух лет. В голове есть пара проектов, пока их не хочется озвучивать. Я еще ни разу не был в Африке, исключая Алжир и Марокко, но это почти Европа. Континент интересный, опасный — то, что меня как раз привлекает.

Людмила Решетняк,заведующая отделом культуры:

- Как к вашим путешествиям относится ваша жена, участвуют ли в них дети?

- Жена сразу знала, за кого выходила замуж. Просто принимает мою страсть как должное, но, конечно, очень переживает за меня. Дочь и сын периодически путешествуют вместе со мной. В последней экспедиции Лейла с нашей командой пересекала Австралию, Батыр не пошел — его из университета отчислили за долги, он восстанавливался. И сын, и дочь учатся на факультете управления в КубГУ. Через два года они, правда, задумались, ту ли они выбрали себе профессию. Но теперь уж я заставил учиться их до конца, пусть потом выбирают второе образование.

Василий Сальников,корреспондент отдела экономики:

- Константин, кроме того, что вы — путешественник, вы еще и чиновник министерства курортов и туризма Краснодарского края. Какой отдел вы возглавляете?

- Я выйду на работу только с сентября, а мой отдел как раз занимается курортами и туризмом. Сейчас я пока пишу отчеты. Я в чиновничьем аппарате уже с 2005 года и каждый раз легко расстаюсь с работой. У меня такое кредо: если работа мешает путешествию, нужно ее бросать.

Александр Полозов,корреспондент службы новостей:

- Вы посетили столько стран, столько всего увидели, вы знаете, как сделать Кубань привлекательной не только для тех, кто любит плескаться в море, ведь у нас есть еще замечательные горы.

- С моей точки зрения, Кубань как раз не может похвастаться пляжами. Те, кто был даже на Средиземноморском побережье, легко это докажут. На самом деле сейчас не Черное море в наших планах играет главенствующую роль. Мы еще пять лет назад стали продвигать Азовское побережье, и эта программа сейчас уже дает свои результаты. Будем строить объекты для размещения гостей: гостиницы, кемпинги. Самая большая здешняя проблема — отсутствие всякой растительности. Конечно, можно было там посадить пальмы, но зимой они вымерзнут. Придется подбирать разные породы деревьев, к сожалению, они будут долго расти.

Развитие горного туризма в крае тоже набирает обороты, потому что люди там зарабатывают не на солнце, как на побережье, здесь действительно приходится работать. У нас, к сожалению, сильно развит отдых на природе со спиртным — шашлык, вино, водка. И дети на подсознательном уровне уже считают это нормой. Вот с этим нужно серьезно бороться и ломать привычки.

Елена Иванова,корреспондент службы новостей:

- Вы в путешествии накопили огромный материал. Что будете с ним делать?

- Сейчас для меня самое главное — сдать отчет об экспедиции, отчитаться в потраченных деньгах. Но уже готовы к изданию три статьи, кроме того, я начал писать книгу о ходе экспедиции, собираюсь организовать фотовыставку. Обязательно выйдет фильм, скорее всего, две-три серии.

Кубанские Новости – Логотип
Загрузка...
Новости от