Праздник непослушания
В Краснодарском драматическом театре состоялась долгожданная премьера спектакля «Укрощение строптивой».
На сцене – красный мотоцикл с коляской. В нем, точно в старинном балдахине, слуги возят новоявленных дворян. Петруччо (заслуженный артист Кубани Арсений Фогелев) весь спектакль в рабочем комбинезоне. Бьянка (Маргарита Горох) – кукла Барби. Первые минуты не отпускает ощущение, что постановщик решил сэкономить на костюмах. Но это обманчивое впечатление рассеивается быстро.
Режиссер Даниил Безносов работает с текстом тонко и азартно. В классический перевод вплетаются цитаты из «Отелло», живые реплики с современным словарем – крепкое словцо заглушает клаксон мотоцикла. Главное – зал смеется.
Вечные темы Шекспира поданы через призму сегодняшнего дня: традиционные ценности, право жены перечить мужу, право слуги возражать господину. Строптивость приобретает особый символизм – она звучит как голос уходящей эпохи, последний вздох чего-то непокоренного.
Карнавал на сцене не просто веселый – он с подсмыслами.
Происходящее напоминает то, каким мог бы получиться Шекспир, вздумай его переводить Карло Гоцци: бурлеск, гротеск, праздничный хаос. Дети не слушаются родителей, невесты – женихов, слуги – хозяев. Покорность здесь лишь маска. Даже якобы укрощенная Катарина, произнося гостям монолог о послушании жены, жестами дает понять: она тонко «троллит» доверчивых господ. Зритель это видит – и смеется в ответ.
Актеры явно получают от этого карнавала удовольствие. Катарина (Алла Мосолова) швыряет в Петруччо настоящие апельсины. Строптивицу морят голодом, а сами демонстративно едят курицу-гриль, заваривая ей «Доширак».
В паузах между сценами – чтобы актеры успели перевести дыхание и переодеться – сцена превращается в пародию на «Евровидение». Отец Катарины (заслуженный артист Кубани Алексей Сухоручко) грустно исполняет «Mi amore» Томми Кэша. Позже звучит «Мы долгое эхо друг друга» из репертуара Анны Герман. Нонсенс? Только на первый взгляд.
Основной нерв спектакля держат двое: Фогелев и Мосолова. Их Петруччо и Катарина – два сильных характера в поединке, исход которого не так очевиден, как кажется. Из ролей второго плана выделяются Алексей Пастухов (Грумио) и заслуженный артист Кубани Михаил Дубовский (Бьонделло) в роли слуг Петруччо и Люченцио. Их строптивость иного рода – в пластике, интонациях, язвительных репликах. Яркая, точно найденная краска.
За сценическим карнавалом Даниил Безносов прячет нечто большее – целый узел чувств и коллизий, где шекспировская архаика переплетена с днем сегодняшним. Петруччо укротил Катарину, но победил ли? – вопрос открытый. Именно он и остается с тобой после финальных аплодисментов.
Премьера состоялась 17 апреля 2026 года.
Блиц-интервью
Андрей Бражник (Люченцио, влюбленный в Бьянку)
– Приходилось ли в реале укрощать любимую девушку?
– Нет. Когда ты взрослый, то живешь с тем, что у тебя есть. И сложно человека подстроить под себя. Да и зачем? Во времена Шекспира такое было, да. В наше время сейчас решается все по-другому.
Наверное, мы больше укрощаем Шекспира, подстраиваем его под себя.
Спектакль вообще не про укрощение. Он больше про двух людей, которые нашли друг друга. Пазлы сошлись, как говорится. Как она не ждала, так и он не ждал. Никогда не знаешь, откуда к тебе любовь придет.
Маргарита Горох (Бьянка, сестра Катарины):
– Была ли в вашей жизни такая вредная родственница, как строптивая Катарина?
– У меня был жених, но мы расстались. Потому что влезла его мать. Она планировала нашу свадьбу и постоянно совала нос туда, куда не надо. При этом повторяла: «Свозите меня на Мальдивы за мои старания». Мы ей: «Спасибо, не надо! Как-нибудь сами». Свекровь мне вставляла палки в колеса постоянно. И я поняла, что с этим не готова мириться, не буду так жить! Поэтому с молодым человеком я рассталась. До свадьбы не дошло.
На самом деле шекспировская Бьянка – это не мой типаж. Конечно, в шутку могу поиграть, применить какие-то ее уловки или манеры. Вне сцены я достаточно скромная девушка, не люблю повышенного внимания.