Культура 05.12.2018 15:10
Анна Пчелина.

Крутой дизайн - это в первую очередь удовлетворение амбиций

Крутой дизайн - это в первую очередь удовлетворение амбиций
Фото: Михаил Чекалов

Настоящие или вымышленные интерьеры мы видим в журналах про дизайн? Анна Пчелина побеседовала с краснодарским интерьерным фотографом Михаилом Чекаловым и декоратором Софией Калбазовой о том, как проходит съемка в стильных домах и квартирах и легко ли туда попасть с фотоаппаратом в руках.

- В моде - современные интерьеры и профессиональный дизайн. Их смотрят в сети и глянце, повторяют у себя в домах, заказывают фотосъемку готовых проектов, чтобы потом тоже всем показать. Михаил, ты ощущаешь, что твоя профессия сейчас на взлете?

Михаил:

- Сейчас мода на обновление интерьеров, да. Даже те люди, которые просто сдают неплохое жилье, уже понимают, что одного благоустройства мало. Яркий пример – Сочи. Квартира на курортном рынке выше ценится, если в ней поработал дизайнер. Еще пять лет назад прораб говорил хозяину: «Зачем платить дизайнеру две тысячи рублей за квадратный метр? Я все знаю и все тебе сделаю». Сейчас люди видят, что отделочных материалов, предметов интерьера, решений по освещению много, приемов оформительских море, возможности стали очень велики, почти безграничны, и со всем этим многообразием хорошо справится именно специалист. Поналяпать и некомфортно потом в этом жить уже не интересно, «я сам все могу» не работает. Ну и дизайнеры тоже расширили свои услуги. В нулевые годы их работа в основном заключалась в том, чтобы добывать: достал плитку итальянскую - круто. Сейчас клиент вопрос ставит так: как с помощью этой плитки и чего-то грамотно к ней подобранного сделать интересный, оригинальный, цельный проект.

София:

- Некоторые люди признают, что не уверены, хватит ли им вкуса и знаний, чтобы декорировать интерьер самостоятельно.

- Что дает владельцу помещение, созданное по чужому проекту? Гармоничное пространство сегодня можно создать самостоятельно: посмотреть журналы, походить по магазинам…

Михаил:

- Крутой дизайн - это в первую очередь удовлетворение амбиций. Вот в советских стенах все жили одинаково: ковры, стенки, теснота. А потом мы открыли, что пространство может быть индивидуальным. И эту индивидуальность можно подчеркнуть, создать что-то особенное, не как у всех. И вроде ты можешь пойти по магазинам, которые предлагают нетиповые решения, полистать каталоги, заказать то и это, но получается какая-то свалка. Даже меня, хотя я не дизайнер, а фотограф, знакомые спрашивают: ну скажи, в какой цвет стену покрасить. У всех есть понимание важности голоса того, кто знает, как грамотно, кто поможет все это мельтешение скомпоновать, правильно сочетать одно с другим.

Михаил Чекалов и София КалбазоваФото: Михаил Чекалов

- Сколько сейчас в Краснодаре людей, которые профессионально фотографируют интерьеры?

- Популярность интерьерной съемки растет вообще. Пока журналов, посвященных дизайну и интерьеру, в Краснодаре было два, она росла как снежный ком.

- Для снежного кома двух журналов мало.

София:

- Многие фотографы пробуют себя. Пусть не в журнале выйдет публикация, но даже в Инстаграме видно, когда снято на телефон, а когда профессионально.

Михаил:

- К сожалению, издание про дизайн и интерьер Homeguide закрылось этой осенью. Это было сильное издание, за тем, как оно развивается, следили не только в Краснодаре. И то, что у нас в городе последнее время работало сразу два журнала о дизайне и интерьере (второй - Hi Home, ред.), создало конкуренцию и расцвет той сферы, в которой я работаю. Мне очень нравилась эта ситуация. Конечно, самим журналам не нравилось, у них была война, но в итоге оба быстро росли. И востребованность интерьерного фото тоже быстро росла. Новая ситуация вызовет, наверное, некий упадок в нашей сфере…

- Как ты пришел в интерьерное фото?

- Я даже не думал, что буду этим заниматься. Я закончил худграф КубГУ, зарабатывал коммерческой анимацией. Моя первая шабашка в фотографии случилась десять лет назад – надо было ночью снять автозаправку. У меня даже штатива не было, положил фотоаппарат на стремянку и снял. Потом я стал снимать клубы и дни рождения, потом меня заинтересовали журналы, и я пришел в редакцию журнала «Собака»: хочу у вас работать.

София:

- Я была арт-директором «Собаки». Помню, как Миша принес показать свои фотографии…

Михаил:

- …чуть ли не свадебные. Но меня все равно взяли. Я работал там года полтора, пока не нарвался: предложил свои услуги тем, кому не должен был предлагать, по мнению редакции. Миссия сообщить, что со мной больше не работают, выпала как раз Софии (оба смеются).

Михаил ЧекаловФото: Денис Денисов

Съемки для разных журналов постепенно вошли в рекламную колею: тарелка с едой, ресторан, джинсы, управляющий рестораном.

Интерьеры мне там сначала не доверяли: бегает со вспышкой – какой тут интерьер? Но в один прекрасный (для меня) день кто-то из фотографов заболел, и пришлось срочно поручить интерьерную съемку мне. Редакция поехала со мной – следить, как я сниму. Учили меня. Но снял я все равно отвратительно. Хотя та съемка до сих пор даже кому-то нравится. Но мой уровень и уровень рынка интерьерной фотографии за эти несколько лет стал совершенно другим. Главное тогда все-таки произошло: меня стали приглашать снимать дизайнеры. Мне сразу очень понравилось: интерьеры стоят, не движутся, они молчаливые, тихие, их можно долго фотографировать, копаться, выставлять свет, что-то передвигать, искать ракурс.

- Сколько времени ты обычно тратишь на один объект?

Один интерьер в среднем снимаю весь световой день. Я уже могу себе позволить сказать заказчику, что лучше не спешить, мне верят. А не так давно мы решили работать в паре с Софией.

София:

- По образованию я промышленный дизайнер, но ушла в полиграфию, это было более востребовано. После «Собаки» работала в Hi Home. Через три года я устала сидеть у компьютера, захотела что-то делать своими руками, создавать. Так в моей жизни появилась шерсть, валяние. Я разработала линию авторских работ, отправила свое портфолио в несколько дизайнерских магазинов. Писали, что классно, но, к сожалению, не для нас… А потом с приветственными словами мне ответил сайт в Лондоне notjustalabel.com, он занимается молодыми дизайнерами со всего мира. «Мы вас поместим в отдел «черные овцы», там показывают работы людей, подающих особые надежды». Это льстит, я изучила список тех, кто еще есть в этом разделе, – очень хороший. (Страница Софии на этом сайте: https://www.notjustalabel.com/loveme-woolme)

Фото: Михаил Чекалов

- В чем суть вашего сотрудничества?

Михаил:

- Я пригласил Софию, пока она с головой не ушла во новые проекты. Сотрудничеством с декоратором я озаботился давно. Как фотограф, я понимаю, что нужно пробовать новое, просто снимать уже недостаточно. Я прихожу на объект и вижу, что что-то плохо, пытаюсь двигать предметы, сделать кадр лучше. Я примерно понимаю, как должно быть, но следить за выдержкой-композицией и еще что-то менять в кадре сложно, качество страдает. Ну и вкуса опять же своего не всегда хватает.

Я подходил к нескольким дизайнерам, предлагал поработать на съемке в качестве декоратора. Мне говорили: мы ходим с линейкой, орем на прорабов, закупаем материалы, ездим по италиям, для нас это все немасштабно. В общем, я искал того, кто захочет вникнуть в готовый интерьер, кто положит правильно ягодку на стол, переберет посуду, выключит лишний свет, бросит плед на кресло - и кадр заиграет. Чтобы: я снимаю одну комнату, а во второй уже все готово и классно. И мы с Софией решили попробовать. И как попробовали – сразу все получилось, и сразу публикации наших проектов в взяли журнал Elle Decoration.

София:

- Изначально я просто старалась разместить гармонично те объекты, которые привозил дизайнер. Сейчас стремлюсь работать все больше с искусством, вводить в интерьер картины и скульптуры. Сама подбираю предметы декора.

Вы привозите их для съемки с собой?

София:

- Мы, конечно, стараемся сделать это вместе с дизайнером. Но часто я и сама привожу. Произведения искусства могут совершенно преобразить интерьер, мы берем их у художников или их агентов взаймы или в аренду. Текстиль и керамику покупаем, а потом сдаем по чеку обратно. У меня много своих объектов: деревянные колеса, старые предметы, красивые ветки. Я собираю такое.

Михаил:

- Привезет ли дизайнер на съемку, например, орешки красивой формы? Далеко не всегда. Пока не все понимают, что на съемке нужен именно декоратор. Не все готовы платить за его работу. Но уже на второй съемке обычно соглашаются.

Фото: Михаил Чекалов

А кто вообще заказывает вам съемку?

Михаил:

- Дизайнеры. Для своего портфолио, для публикаций. Нарисовать тридэшек - это много кто может. А ты покажи, в каком виде довел идеи до воплощения. Фотографии готовых пространств в дизайнерской среде очень ценятся.

Какие журналы открыты для краснодарских дизайнеров?

София:

- На самом деле, не важно, откуда ты. Сейчас журналы сами идут в регионы. Если автор прислал съемку хорошего объекта, ее охотно и бесплатно публикуют. Но для этого нужно зацепить редактора с первых кадров.

Михаил:

- «Интерьер + дизайн», AD, «Мезонин», Elle Decoration, «Salon». Ну и местные.

София:

- У всех есть электронные версии. Размещение на сайте тоже котируется.

Много ли в городе дизайнеров, работы которых попадают в журналы?

Михаил:

- Таких меньше, чем вообще. Честно, это цифры, которые никто не знает… Но все стремятся, многие отправляют.

- Вы говорите, что берете произведения искусства на съемку. Что будет, если вы повредите картину стоимостью несколько сотен тысяч рублей?

Михаил:

- Вряд ли мы как-то повредим. Мы привозим на объект настолько хрупкие предметы. Вазы, например. Или керамику из ... из Zara Home, к примеру. Художники нам доверяют.

Фото: Михаил Чекалов

- Сетевые магазины вам тоже предоставляют объекты в аренду?

София:

- Мы покупаем. После съемок можем все вернуть по чеку, если эти предметы хозяин не приобретет в постоянное пользование.

- А приобретает?

София:

-Обычно выкупают большую часть того, что мы привозим. Даже картины покупают иногда.

Михаил:

- Частные продавцы могут дать нам почти любой дорогой предмет. Как-то по звонку Софии человек привез в Сочи ковер за 900 тысяч из своего магазина в Краснодаре. Постелил на 20 минут, мы пофоткали, он забрал. Знал, что будет реклама.

- Не является ли результат вашей работы умозрительным, воображаемым? Того интерьера, что вы показываете на картинках, на самом деле ведь не существует.

Михаил:

- Да, картинки в журналах довольно сильно воображаемые. И нам всегда видно это лучше других. Почему, как вы думаете, во всех журналах на полках и на диванах стоят и лежат книги по интерьерному дизайну? Да потому что их привозят с собой дизайнеры.

Интересно, как долго продлится мода на несуществующий интерьер? Что вы об этом думаете?

Михаил:

Я как-то ездил снимать одну дачу в Ростов-на-Дону, в кадр вошли сапоги с комьями земли, пилы, мокрые плащи, испачканный детьми стол с брошенными карандашами – все из реального быта. Я решил ничего не менять. Получилась атмосферная съемка, ее взял журнал AD. Так что все только живут представлением, что нужны рога на стене, брендовая мебель, дорогие предметы и отсутствие пятен на стенах. На самом деле, должна быть просто история в кадре, должно быть интересно смотреть: простые предметы, недопитая чашка, ветка, заложенная в книгу, складки на кровати. Человек только что ушел. Вот его след. Есть небрежность, а есть неряшливость. Нужно, чтобы была небрежность.

София:

- Иногда воображаемое становится реальным после съемки. Люди впечатляются и оставляют все таким, как мы сняли. Недавно у нас было несколько объектов в Сочи. Мы накупили разных предметов декора на сто с лишним тысяч и повезли на съемки. Вазочки, пледы, подсвечники. Процентов 70 осело по домам заказчиков.

Фото: Анна Пчелина

- А что с «Икеей»? Эту мебель стесняются ставить в дорогих домах?

Михаил:

- Сейчас наоборот даже стараются вводить какие-то объекты из «Икеи». Некоторые дизайнеры прекрасно относятся к этому бренду, даже в крутых и очень дорогих интерьерах вполне может стоять икеевский комод, например. К тому же, у этой компании много коллабораций с известными дизайнерами с мировым именем, получаются потрясающие вещи. Другое дело, что эта мебель не всегда долго служит.

София:

- Дело не в бренде, а в том, чтобы найти нужную вещь и найти ей место.

- Частное домовладение в России долгое время воспринималось как закрытый ларец. Сейчас туда пускают фотографов, мы видим их съемки. Люди стали более доверчивы?

Михаил:

- Эти ларцы до сих пор приходится иногда «взламывать». Уговаривать хозяев, чуть ли не выманивать их из помещения, чтобы нормально снять. Возьмем американский журнал AD: вот на первой странице мы видим большое фото какой-нибудь пары на кресле – это хозяева дома. Потом идет история о них, об их доме, и в конце публикации - малюсенькая фотография дизайнера.

Берем журнал AD в России: большая фотография дизайнера, интерьер, а хозяев нет, или изменены их имена, а бывает, что и место изменено. И объект обычно имеет неконкретное название типа «квартира для молодой семьи». Хозяева почти всегда скрываются, стесняются, боятся, суеверны. Однажды я делал съемку, а вечером мне звонит хозяин: любые деньги, только привези флешку, только никому не показывай. Мы переговорили, человек выдохнул, фотографии я все-таки обработал и отдал. Но показывать и публиковать их нельзя... Хозяева, которых чаще всего можно увидеть в наших журналах, - это либо сами дизайнеры, либо люди артистических профессий.

София:

- В Москве больше открытости. Хотя и там хозяева все равно довольно редко показывают лицо.

Фото: Михаил Чекалов

- Почему такое сопротивление публичности? В наш-то век, когда приватность потеряли абсолютно все.

Михаил:

- Ну, если, например, дом построен на деньги, происхождение которых трудно объяснить, людям не очень хочется его показывать. Еще иногда кому-то приходит в голову мысль, что, вот, повторят мой уникальный интерьер. Хотя немало все же попадается людей, которые открывают двери с удовольствием. Они не публичны, но и дом не скрывают.

Может, влияет то, что наши предки из ХХ века завещали языком не трепать и фотографов в дом не пускать?

Михаил:

- Да, да. Болтун – находка для шпиона. В этой области прогресс идет вяло. И прошлое давит. И вообще, люди сейчас как-то недобро реагируют, если у кого-то все хорошо. Слишком большая разница между теми, кто чем-то владеет, и теми, кто живет совсем просто. Но прогресс все же есть. Соцсети повлияли. Вот они вскрывают всех.

- Вспомнишь свою самую большую профессиональную неудачу?

Михаил:

- Самый большой мой прокол – это когда я на парковке оставил чемодан со всей своей техникой. И его просто унесли. Там было почти на миллион техники и несколько готовых съемок, которые я уже не мог переснять. А график съемки у меня был расписан на недели вперед.

- И что ты вынес из этой ситуации?

Михаил:

- Что не надо привязываться к железкам… Я раньше выгадывал, экономил. Но что сэкономишь в деньгах, потеряешь в творчестве. Куплю объектив дешевле, но с ним дольше придется выводить картинку на компьютере. Когда у меня увели технику, я психанул и купил все самое крутое сразу. И стал отдавать фотографии на платную обработку. Это позволяет мне уделять теперь внимание самому интересному в профессии: вникать, больше смотреть, лучше снимать, размышлять, анализировать. А не просто махать лопатой. И еще я стал проводить больше времени с семьей. Подепрессовал, конечно, недели две, но откликнулось много людей, коллег, поддержали, дали на время свою технику. Не ожидал! Хороших людей все-таки больше! Не все на свете говнюки. Это был подарок в итоге.

- А в чем интерьерный фотограф может ошибиться на месте съемки, какой эпический ляп сделать?

Миша:

- Открываю я как-то журнал с моей фотографией на весь разворот: дерево, стекло, металл, блестящие фасады нижнего яруса кухни, панорамное окно… А в нем отражаются мои волосатые ноги во всей красе! И никто не заметил: ни я, ни дизайнер, ни редактор, ни выпускающий редактор. Но как только открываешь журнал, взгляд сразу падает на волосатые ноги. Так бывает, да. Ты можешь замазать все розетки, все трещины, паука, сидящего в углу, но кусок фотоаппарата, голову или ноги в зеркальной поверхности ты можешь упустить.

Загрузка...
Новости от