Кубанские Новости
Культура
Ольга Захарова

Алексей Бардуков: «В актерской профессии многое зависит от везения»

Алексей Бардуков: «В актерской профессии многое зависит от везения»
Алексей Бардуков
Фото: Игорь Харитонов
Звезда сериалов «Диверсант» и «Мосгаз» вместе с сыном отдыхал в горах Красной Поляны. В интервью «КН» Алексей Бардуков рассказал о сложностях актерской профессии, принципах воспитания сына и творческих планах.

– Алексей, поделитесь впечатлениями от Сочи. В какой раз здесь отдыхаете, чем занимаетесь?

– В Сочи впервые побывал в прошлом году, одним днем, играл антрепризный спектакль. Сейчас мы с сыном Ваней приехали второй раз, остановились на курорте «Роза Хутор». Виды, погода, атмосфера, горы – все оправдало наши ожидания и даже больше. У нас насыщенная программа, мы катались на сноуборде, посетили парк альпак, хаски, кроликов, побывали на оленьей ферме, купались в открытом бассейне и катались на качелях над пропастью. За четыре дня в горах застали все состояния природы: снег, солнце, туман, облака. Сказочная атмосфера.

– Вашему сыну 12 лет, сложный возраст, расскажите о принципах воспитания.

– Главный принцип – ни к чему не склонять, а направлять, подсказывать, давать какие-то варианты, чтобы он сам мог попробовать и выбрать. Ваня в своих интересах еще не определился до конца, пробует пока все возможное. Я сам долго не знал, кем быть, не понимал, куда понесет, определился с профессией только в 11-м классе. Волею судеб меня занесло в актерскую профессию. Конечно, Ваня все это видит, иногда говорит, что будет артистом, мы с мамой ему объясняем, что далеко не у всех успешно получается, потому что это трудная профессия, нужно все время кому-то что-то доказывать, чтобы тебя выбирали.

– Как вы попали в актерскую профессию?

– В выпускном классе одноклассница рассказала, что пошла на подготовительные курсы в Школу-студию МХАТ. Я заинтересовался, решил тоже попробовать. Туда нужно было еще поступить, не всех брали. Выучил стих, басню, меня взяли, и я влюбился в эту профессию. Начал посещать все театры Москвы с новыми друзьями, вся моя жизнь кардинально поменялась. В итоге после школы я подал документы в три института и везде прошел – в ГИТИС, Театральный институт имени Щукина и Школу-студию МХАТ. Выбрал МХАТ, там как раз набирал курс Константин Райкин.

Фото: Игорь Харитонов

– Что самое главное в профессии актера – талант, удача, трудолюбие? Что вам помогло стать артистом?

– И талант, и повезло в нужное время в нужном месте. От случая, от везения в нашем деле зависит многое. Я знаю массу талантливых артистов, которые не раз пытались попасть в кино, но у них не получалось. А у меня это вышло совершенно случайно. Однажды мы сидели около Школы-студии МХАТ, подошла какая-то девушка и спросила: «Ребята, вы тут учитесь?» Оказывается, проходил кастинг в сериал «Диверсант». Девушка записала наши данные, вскоре после этого я уехал на гастроли и забыл о кастинге. Мои однокурсники сходили, попробовались, и вдруг мне звонок: «Алексей, почему вы не пришли?» Я пошел, не особо горя желанием, потому что учеба в театральном институте – это занятость шесть дней в неделю с 10 до 22 часов, надо с головой погружаться. Я сходил на пробы, познакомился с режиссером сериала Андреем Малюковым, и вдруг неожиданно меня утвердили. Съемки проходили летом между вторым и третьим курсом, но заходили на учебу в сентябре. И мне надо было у Константина Райкина отпроситься на них, а он очень ревниво относился к съемкам в кино на стороне. Он фанат своего дела, и от других требует того же. В то время Райкина не было в городе, я отпросился у другого педагога, и когда началась учеба, звонит Константин Аркадьевич: «А ты где?» Тогда меня отчисляли, я восстанавливался, но я сделал свой выбор. Не уверен, правильный, неправильный, но, кто знает, может, иначе не попал бы в кино. Я преодолел все сложности, отстоял свое право учиться у Райкина, пообещав ему не сниматься до конца учебы, в итоге окончил институт и дальше продолжил сниматься.

– За столько лет профессия артиста не разочаровала вас? Чем она до сих пор удивляет и привлекает?

– Для меня это в первую очередь – любимая профессия, счастье и удовольствие заниматься тем, что нравится. Для кого-то это популярность, медийность. Я это не очень люблю, для меня важны процесс и одобрение зрителя: отзывы после кино, аплодисменты после спектакля. В этот момент происходит обмен энергиями, и ты чувствуешь эту благодарность здесь и сейчас. Не так, как в кино, в кино это ощущается только на премьере. В театре непосредственно каждое твое движение, слово, взгляд, на все чувствуется отклик, особенно, если что-то делаешь неправильно. Для меня это самое приятное. Да, актерская профессия – это сложный путь. Ты очень зависим, все время должен себя продавать, зачастую происходит нечестная борьба, в дело вступают личные отношения. Ты можешь прийти на пробы, сделать все очень круто, и режиссер захочет взять тебя на эту роль, но у продюсера есть свои знакомые, другие приоритеты. К сожалению, в нашей профессии многое решают люди бизнеса, мало имеющие отношения к искусству. Это очень зависимая профессия. Может случиться что-то со здоровьем, могут произойти репутационные или возрастные изменения, ты перестаешь нравиться – и все, выпадаешь из обоймы. Это в первую очередь про кино. В театре все-таки другая атмосфера, коллектив, художественные руководители, режиссеры. Для меня эта профессия главная и первая. Я пошел в театральный институт, чтобы стать театральным артистом. Кино было второстепенным.

– Вашим первым большим прорывом стал сериал «Диверсант». Можно сказать, что после фильма вы проснулись знаменитым?

– Особо звездой я себя не почувствовал, но узнавать стали, конечно. Это было большое везение – попасть в такую популярную историю, которая уже превратилась в классику нашего кино. Хотя с высоты лет смотришь и понимаешь: ничего вроде особенного нет, достаточно простой фильм, но это магия режиссера Андрея Малюкова, который смог собрать ансамбль молодых и известных артистов и с их помощью воплотить такую хорошую историю. «Диверсант» стал невероятной школой, где меня окружали опытные артисты, которые относились ко мне уважительно, как к своему коллеге. Спасибо им за это огромное. Тот же Кирилл Плетнев, мой старший товарищ, который тогда был уже опытным артистом, он меня многому научил. Мы с ним дружим по сей день.

Фото: Игорь Харитонов

– Еще один популярный сериал с вашим участием – «Мосгаз», в котором вы снимаетесь уже более 10 лет. На ваш взгляд, чем этот фильм столько лет интересен зрителям?

– Это к вопросу о везении. Вообще же не планировалось снимать долгоиграющую историю. Это был сериал на восемь серий про 60-е годы, про МУР и раскрытие дела «Мосгаза». Но у него был такой большой рейтинг, что решили найти еще реальные истории и снять продолжение. В итоге вышли «Палач» и остальные серии. Эта история идет параллельно с нашей жизнью. За эти годы многие артисты приходили, уходили, но основные герои остались – Андрей Смоляков, Марина Александрова, Александр Голубев присоединился. Мы с героиней Марины Александровой то влюблялись, то расходились. У нас даже в одной части была свадьба, но потом пришел новый режиссер, и сценарий переписали. Гаркуша изменил Соне, хотя, на мой взгляд, это было невозможно: он ее любит всю жизнь. Я сопротивлялся, но решили сделать так, чтобы ввести нового героя.

– Расскажите, как вы готовитесь к роли, вживаетесь в образ. Знаю, что на съемках фильма «Подольские курсанты» вы с актерами жили в казарме.

– Да, мы проходили военную подготовку. Это было очень интересно, мы спали в казарме на двухэтажных кроватях, ходили на плац каждое утро на поднятие флага, маршировали в столовую с песней. К тому же мы изучали узконаправленные вещи, необходимые для военного кино. Учились, как правильно управлять артиллерийским орудием, командовать. Это было хорошее подспорье, мы сдружились, не тратили время на притирки на площадке. Очень важно, когда у актеров есть общие интересы, это видно в кадре.

– В дальнейшем, чтобы сыграть Гаркушу, не приходилось посещать морг?

– Посещать не приходилось, но мы снимали в морге. Артисту необязательно идти воевать, чтобы потом в кино сыграть военного или снайпера в окопе. На то она и есть актерская профессия, что это собирательный образ, ты просто берешь что-то из своей жизни и взращиваешь это в себе. И это хорошо, не нужно людям переживать такие вещи в реальности, чтобы это выразить на сцене или в кино. Это все опыт, профессия, талант, режиссер, история, твое погружение в роль, в обстоятельства, так все работает. Для этого и существует период репетиций, проб, поиска. Что-то может очень долго не получаться, потом вдруг что-то нащупаешь, буквально изменив внешность. Как у Антона Чехова – от внешнего к внутреннему либо по Станиславскому – от внутреннего к внешнему. Когда ты надеваешь чужую одежду, например китель, ты становишься другим человеком, выпрямляешься, походка меняется. Или, изменив голос и наклеив усы, ты уже не ты. Это постепенный и долгий процесс, который иной раз даже сложно объяснить, но в силу опыта и работы постоянно что-то вычленяется, из тебя лепится новый образ.

Фото: Игорь Харитонов

– Вы увлекаетесь футболом. Нет желания сыграть какого-то спортсмена? Если есть, то кого именно?

– У меня был шанс сыграть знаменитого советского футболиста Всеволода Боброва в фильме Алексея Пиманова «Одиннадцать молчаливых мужчин», но в силу обстоятельств и занятости я не смог и отказался от этой роли. В итоге ее исполнил Макар Запорожский. Зато недавно я сыграл хоккеиста в фильме «Хоккейные папы», в ноябре 2023 года была премьера. Это семейное кино – про пап, у чьих детей хотят отобрать ледовый дворец. И папы собираются вместе и отстаивают его. Я в детстве увлекался хоккеем, смотрел, но сам не играл. В фильме исполнил роль тренера детской команды. Вместе с другими артистами мы несколько месяцев провели на льду с хоккеистами, которые учили нас кататься, дублировали. На мой взгляд, все получилось достаточно убедительно. Я присоединился к проекту буквально перед съемками, потому было только три тренировки с тренером. Но и в процессе съемок я прокачивал скиллы, улучшал навыки. Благодаря волшебству кино все было хорошо снято, и у зрителей создалось впечатление, что мы очень круто гоняем и забиваем. К слову, я два года назад отказался от этой истории в силу занятости и неумения кататься на коньках, не хотел выглядеть смешно и неубедительно в кадре. Позже эта роль все равно ко мне вернулась, режиссер написал и предложил все же попробовать, но у меня начинались репетиции в театре, не хотел никого подставлять. Отказывался три раза, но меня убедили, в итоге все сложилось, и эта история получилась.

– На ваш взгляд, как повлиял уход западных фильмов из российского проката? Это потеря или приобретение для отечественного кинематографа?

– Я не считаю, что это потеря, это большое подспорье и шанс для нашего кино занять новую нишу. Плюс возможность для инвесторов, вложив деньги, получить заработок и отклик. Все боялись, что будет какой-то провал после ухода американского кино, но, судя по сборам и количеству людей в кинотеатрах, этого не случилось. Сейчас у нас выходят очень качественные фильмы.

– Недавно я снялся в триллере «Замаячный», хотя не очень люблю ужасы, я впечатлительный человек. Но захотелось попробовать другой жанр, чтобы не застрять в одном образе. У меня есть отдушина – театр, где можно сыграть не какого-то правильного парня, студента, лейтенанта, папу, там есть совершенно противоположные роли, разных злодеев. Вот сейчас в «Сатириконе» вышел спектакль «Четыре тирана» по пьесе итальянского драматурга Карло Гольдони, где я играю одного из тиранов. Приходится перевоплощаться, погружаться, и это очень интересно. Скоро начнутся репетиции нового спектакля, антрепризы «Божественная комедия» про сотворение мира, ее написал советский драматург Исидор Шток.

Показать еще