Бабочки в жерновах: в Краснодарском молодежном театре состоялась самая ожидаемая премьера сезона
Фото: Михаил Ступин
Как чеховская тоска «Трех сестер» обернулась почти биологической притчей о выживании.
Паузы имеют значение
Режиссер Александр Вельмакин не спорит с Чеховым. Он держится текста бережно, будто боится потерять запятую, – и в наши дни это почти дерзость. Классическая трактовка здесь не музейная витрина, а точный инструмент: спектакль заявлен как притча об одиночестве, и пьеса охотно соглашается.
При всем драматизме зал в этом спектакле часто смеется. Юмор рождается не из трюков, а из интонаций: из того, как произнесена реплика, как выдержана пауза. Это по-чеховски атмосферно. Достаточно вспомнить военного доктора Ивана Чебутыкина (заслуженный артист России Дмитрий Морщаков), который признается, что, может быть, он и не человек вовсе, а только делает вид, что у него есть руки и ноги. Если не человек, то кто? Об этом – позже.
Постановка «Трех сестер» в Краснодарском молодежном театре поначалу топит зрителя в радости младшей из сестер дома Прозоровых – Ирины (артистка Анастасия Ковьярова) – по случаю именин. Накрыт стол, среди гостей – несколько опешивших зрителей. Их тоже зовут поднять бокал игристого. А потом – холодный душ: за классической благопристойностью скрывается беспощадный диагноз.

Фото: Михаил Ступин

Фото: Михаил Ступин

Фото: Михаил Ступин

Фото: Михаил Ступин
Перед нами – вывернутый наизнанку шекспировский «Король Лир». Отец умер, а его взрослые дочери методично теряют родовое гнездо, обменивая реальность на грезы о мифической Москве.
В доме Прозоровых говорят красивые фразы и мечтают, но никто никого не любит по-настоящему. Герои живут чужими литературными штампами, пряча душевную пустоту за строчками Лермонтова и пушкинским «Лукоморьем»… Даже дуэль барона Николая Тузенбаха (актер Александр Теханович) и штабс-капитана Василия Соленого (актер Владислав Гоголев) выглядит гротескно. Кавалеры так увлечены соперничеством, что судьба их дамы сердца, Ирины, становится им безразличной.
Коллектив выживания
Настоящий нерв спектакля – столкновение бездетных, утонченных сестер Прозоровых с хищной витальностью Натальи (заслуженная артистка Краснодарского края Полина Шипулина). Жена Андрея, брата трех сестер, входит в дом тихо, но действует с неотвратимостью природной стихии. Ее главное оружие – плодовитость. Каждый новый ребенок становится железным аргументом в борьбе за квадратные метры, уют и власть.
Сестры живут в мире высоких идей, а Наталья оперирует категорией хозяйственной необходимости. Ей невозможно возразить: она прикрывается святым – заботой о детях и порядке. В этой застенчивой экспансии дом перестает быть оплотом культуры и превращается в территорию бытового диктата. Не зря сам Чехов называл пьесу комедией: персонажи так усердно лелеют свои страдания, что перестают замечать, как сами отдают жизнь в чужие руки.
Чужие в улье
Если присмотреться к архитектуре спектакля, семейная драма оборачивается неким энтомологическим устройством. В этой жесткой колонии Наталья – полноправная королева улья. Ее единственная функция – производить потомство и захватывать пространство. Ольга (заслуженная артистка Краснодарского края Оксана Трегубова), Маша (актриса Анна Нежута) и Ирина превращаются в рабочих пчел. Они тянут на себе быт, заботятся об окружающих, но лишены права на продолжение рода и собственное будущее.
Мужчины же в этом мире – беспечные трутни. Они красиво рассуждают о грядущем счастье человечества, но не способны защитить ни дом, ни женщин. А брат трех сестер Андрей (артист Илья Сердюков), усердно изображая роль отца, окончательно теряет волю и превращается в тень своей супруги.

Фото: Михаил Ступин

Фото: Михаил Ступин

Фото: Михаил Ступин

Фото: Михаил Ступин

Фото: Михаил Ступин
Изящные бабочки грез попадают в тяжелые жернова повседневности. В финале яркая развертка крыльев превращается в пыль, оставляя после себя лишь горький привкус от реплики Ирины: «Боже мой, не то что человеком, лучше быть волом, лучше быть простою лошадью, только бы работать, чем молодой женщиной…»
в MAX
