Общество 02.12.2016 16:11

Вадим ЧЕРНОБРОВ: «Мистики нет, есть наука»

Вадим ЧЕРНОБРОВ: «Мистики нет, есть наука»

В эксклюзивном интервью "КН" Вадим Чернобров, «главный уфолог России» и «охотник за тарелочками» рассказал о том, почему в социальных сетях ему приписывают нелестные эпитеты и как семья мирится с его многомесячными походами и экспедициями.

Таинственные доллары

– В соцетях, простите за прямолинейность, как только вас не называют, в том числе одним из величайших мошенников. Что можете сказать по этому поводу?

– Прошу обратить внимание на тех, кто это пишет. Я – человек, через которого в экспедициях «Космопоиске» прошли не меньше десятка тысяч человек. Я добрый, но дисциплинированный. И в употреблении алкоголя в походах никогда не шел на компромисс. В моих экспедициях действует строжайший сухой закон. Естественно, с непонимающими пришлось общаться жестко. Их выгнали, и они, естественно, обижены. И еще ни один из них не признался, что его вышвырнули за пьянку. Все пишут, что не сошлись со мной в научных взглядах, а кое-кто приписывает алкоголизм и мне. А кое-кто распространяет слухи, что я – аферист и присваиваю деньги, выделенные на экспедиции. Все это анонимно. Но, тем или иным способом, они все равно раскрывают себя.

Одного я недавно поймал буквально за шкирку и притащил в «Космопоиск» на общее собрание. В интернете он кричал, что я украл у «Космопоиска» 40 тысяч долларов. Но перед реальной аудиторией ораторские способности этого правдолюбца куда-то испарились. Более того, выяснилось, что именно он когда-то подбивал «Космопоиск» на извлечение прибыли. Типа, хватит за свой счет ездить в экспедиции и питаться водой с тушенкой. Давайте водить туристов по аномальным местам за деньги, как на Эверест. Признаю, да это реальный способ построить этакий экстремальный туризм. Но вы же прекрасно помните, что случилось на Эвересте? А поскольку я не прислушался к этой «гениальной» идее, тем самым лишил «Космопоиск» 40 тысяч долларов, которые мы могли бы заработать за год. Вот и весь криминал. И таких дутых обвинений еще десятки. По любому из них я готов отвечать очно – глаза в глаза.

– Сегодня вы ездите в экспедиции, пишете книги, выступаете с лекциями. С какой профессией себя больше ассоциируете – преподаватель, историк, ученый, писатель?

– В каждом конкретном случае я примеряю на себя одну из этих ролей, и мне нравится. Я даже не обижаюсь, когда меня называют уфологом и охотником за тарелочками. А вообще, по жизни я человек, удовлетворяющий свое любопытство. И в этом нет ничего плохого, потому что одновременно я удовлетворяю любопытство тысяч читателей или зрителей, которые сами не пойдут в экспедицию, но им интересно послушать об уникальных явлениях, которые происходят на нашей планете.

Лекарство от пробок – телепорт

– Как вы считаете, что ждет человечество в будущем?

– Я оптимист по натуре. От меня редко можно услышать высказывания типа, «когда я был молодой, дети были послушнее, а вода водянистее». Хотя все так и было. Но я понимаю, что история не линейна, есть пики и падения. Сегодня, на мой взгляд, человечество стоит на распутье, идет «большая игра» не только в политике, но и в науке, в технике. Но, надеюсь, мы выберем правильный путь – дальнейшего развития цивилизации, а не падения.

– Нет ли опасения, что с развитием технологий мы пойдем по пути апокалиптических фильмов, например, «Терминатора»?

– Заказчики новых технологий, как правило, военные ведомства. Но здесь нет противоречия. Можно обладать развитым вооружением, не развязывая войну. А телепорты, о разработке которых сегодня пишут СМИ, можно запустить в мирных целях, скажем, и таким образом избавиться от дорожных пробок.

– Вы можете назвать себя верующим человеком? И в кого или что верите?

– Я – человек, который придерживается догм, одинаковых во всех религиях, – «не убий», «не укради» и т. д., без страха возмездия за их неисполнение в виде ада. А потому мои принципы гораздо честнее тех, кто живет правильно только из-за боязни наказания свыше. И мне бы хотелось, чтобы и наша цивилизация была разумной и делала добрые дела не потому, что кто-то большой и страшный ее в противном случае покарает. И любой другой вариант действий – убийства, войны – должен быть исключен, потому что это разумно. Не религия нам нужна, а разум. Это мое мнение.

Спички + батарейки = жизнь

–Вы не раз сталкивались с необъяснимым. А есть случай, который вас поражает до сих пор?

– Моя позиция: мистического не существует. Просто есть вещи, которые нам на данный момент трудно объяснить. То, что было вчера мистикой, сегодня стало обыденными гаджетами. Что было сказочным, как яблочко, которое катается по блюдечку и показывает заморские берега, сегодня мы называем интернетом. Мистика – это предел доступности наших знаний. Наука – вот реальность.

Ну, а необъяснимых ПОКА случаев много. Самый ранний я помню с детского сада. Воспитательница пришла в ужас от того, что во время прогулки посреди абсолютно солнечного дня заметила гигантский темно-фиолетовый облачный диск. Нас сразу увели. А я еще долго из окна группы подглядывал за этим диском. Эта картинка осталась у меня навсегда в памяти. Что это – НЛО, торнадо, я до сих пор не знаю. Наверное, тогда уже, неосознанно, я решил, что мне интересны такие явления.

– Над какими загадками, помимо кругов на полях, вы сегодня работаете?

– Все знают про нашумевшую гибель группы Дятлова в ночь на 2 февраля 1959 года на Северном Урале. Я также занимался этим случаем. И выяснил, что люди пропадали на этом перевале еще до Дятлова и после него. Рассматривались разные версии – от инопланетян до йети и тайных военных разработок. У меня другое предположение. Во всех случаях на этом месте фиксировали след шаровых молний. Скорее всего, «дятловцы» были напуганы этим явлением. Шаровая молния появляется неожиданно и на самом деле может посеять панику, что и произошло, скорее всего, с туристами. Молния застала их врасплох и выгнала из палаток, люди были без верхней одежды, разбежались, в темноте не смогли найти дорогу в лагерь и замерзли.

– Вы, наверное, сами потеряли счет своим экспедициям. Бывали в аномальных зонах, рассказывали, что попадали в ситуации, когда могли замерзнуть, погибнуть от жары, утонуть. И все равно продолжаете каждый год путешествовать в самые опасные места нашей планеты. Неужели нет чувства страха, самосохранения?

– Есть страх, а есть здоровое чувство опасности, которое не должно у нормального человека атрофироваться. И у меня оно развито, не позволяет совершать опрометчивые действия. Но сидеть дома я не могу. А просто, когда происходит нестандартная ситуация, зарекаюсь – обязательно взять в следующую вылазку спички или и не соваться в пещеру без запасных батареек к фонарику. Ведь практически все случаи гибели людей в походах и экспедициях связаны как раз с ситуацией – «что-то важное забыл взять или что-то подвело». Пример приведу.

Дело было в Забайкальском крае, в 600 километрах от Читы. Поехали мы с провожатым, он нам показал аномальные воронки. Мы их исследовали. А тут мужчина вспоминает про еще одну, совсем свежую, причем он там не был еще и предлагает нас провести к ней. Поехали сначала на грузовике. А дальше два часа по тайге идти. Солнечная погода, день стоит. Я командую экспедиции, а у нас человек 15 было, чтог идем налегке! Классический случай. Так начинается большинство «робинзонад». В итоге мы шли не два, а четыре часа. И начали волноваться, а еще через полчаса провожатый признался, что заблудился. Ночь мы провели на лапнике, грея друг друга и прислушиваясь к вою диких зверей. И выбрались из леса только утром. Такой вот мастер-класс был по выживанию – без палаток, спичек и еды.

– Вадим, какой возраст вас может остановить и вы скажете – все, хватит походов, хочу теплой домашней жизни?

– На сколько здоровья хватит. Сейчас мне за 50. Хотя, по секрету вам признаюсь, каждый раз на семейном совете жена и дети отговаривают меня от очередной экспедиции. Но я считаю, человек развивается, пока у него есть любопытство. Физиологи, кстати, подсчитали, что пытливых до такой степени, что они готовы рисковать собственной шкурой, на Земле немного, всего 7 процентов. Но без таких людей, как бы общество к ним ни относилось, не было бы открытий и прогресса. Очень надеюсь, что я отношусь к этим 7 процентам.

Когда перебесишься?

– Вы практически ничего не рассказываете в своих интервью о семье. Только упомянули сейчас, что домашние отговаривают вас от экспедиций.

– Конечно. Я же по полгода, а то и больше дома не бываю. Идеальный муж (смеется). А если серьезно, я не горжусь и не бравирую этим. Потому что, когда ситуацию проецируешь на семью, ничего хорошего в моем длительном отсутствии нет.

Что касается того, почему не рассказываю о домашних, все просто – я стараюсь не подставлять семью. Сумасшедших, недовольных моей деятельностью, много. Когда это выливается только на меня, дело одно, но не хотелось бы переносить это на семью. Тем более, прецеденты были. Несколько раз откровенно больные, я считаю, люди поджигали двери у нас, пытались изгнать «дьявола», то есть меня. С тех пор я крайне осторожен.

Но если чуть-чуть рассказать – у меня жена, живем мы в браке давно, уже притерлись друг к другу. Раньше со мной была в экспедициях. Сейчас оценила преимущества семейного очага. И, как положено примерной супруге, ждет меня дома и вздыхает: «Когда ты, наконец, перебесишься?»

Детей двое – сын и дочь, они уже взрослые. Внуков тоже двое – мальчик и девочка.

– А дети и внуки как относятся к тому, что их папа и дедушка – главный уфолог страны, и верят ли они в НЛО и сверхъестественное?

– Я никого не заставляю верить и очень бережно отношусь к их мнению. Дети, начиная с дошкольного возраста, не раз бывали со мной в экспедициях. И сегодня ездят сами в походы. Но для них это, скорее, экстрим, чем образ жизни.

– У вас остается время на хобби, увлечения, помимо экспедиций?

– Зимой выезды случаются у меня реже, чем в другое время года. Поэтому я с удовольствием посещаю выставки. К счастью, культурная жизнь в Москве бурлит. Особенно интересны выставки изобразительного искусства, потому что сам пытаюсь рисовать, иллюстрирую свои книги. С хорошей завистью смотрю на современных художников. Особое уважение вызывают реалисты.

Справка «КН»

Вадим ЧЕРНОБРОВ

Родился в 1965 году, в Волгоградской области, в небольшом гарнизоне базы ВВС.

Учился в Московском авиационном институте (МАИ) по специальности аэрокосмический инженер.

Во время учебы основал проект исследования аномальных явлений, в том числе НЛО. В 1980 была создана маленькая студенческая группа, которая позднее переросла в проект «Космопоиск».

На сегодняшний день Вадим Чернобров побывал в десятках экспедиций по всему миру. Он – автор более 30 книг и энциклопедий, частый гость в телевизионных проектах.

Фото Юрия ХОДЗИЦКОГО

Загрузка...
Новости от