Американские и китайские молекулярные биологи разработали подход, который позволяет «перепрограммировать» иммунные клетки-нейтрофилы прямо в мозге пациента и заставлять их атаковать соседние опухолевые клетки.
Как пишут исследователи в статье, опубликованной в журнале Nature Biomedical Engineering, метод успешно применён для лечения глиобластомы у подопытных мышей.
Существующая иммунотерапия на основе «перепрограммированных» Т-клеток хорошо зарекомендовала себя при лечении многих форм рака крови, но почти не помогает пациентам с глиомой или глиобластомой. Причина в том, что Т-клетки слабо проникают через гематоэнцефалический барьер, отделяющий мозг от кровеносной системы.
Учёные предположили, что проблему можно обойти, если «перепрограммировать» не Т-клетки, а нейтрофилы — ещё один тип иммунных телец, которые в большом количестве присутствуют внутри опухолей тканей мозга. Эту процедуру можно осуществить прямо внутри мозга, используя наночастицы, способные проходить через барьер между кровотоком и центральной нервной системой.
Специалисты подготовили жировые наночастицы, покрытые особым набором белков, которые позволяют им избирательно проникать в иммунные клетки. Эти структуры содержат цепочку РНК, которая активируется только внутри нейтрофилов. Она заставляет их вырабатывать рецепторы, распознающие глиобластому, и повышает их агрессивность по отношению к опухолевым клеткам, сообщает ТАСС.
Проверка терапии на мышах показала, что она удвоила среднюю продолжительность жизни грызунов после появления опухоли по сравнению с обычной химиотерапией. В комбинации с классической иммунотерапией метод спас жизни примерно 80 процентов мышей, тогда как все особи из контрольной группы погибли к сороковому дню. Учёные считают, что это открытие имеет большие перспективы для лечения рака мозга.
Глиобластома — одна из самых распространённых и агрессивных форм рака мозга. Ежегодно она диагностируется у 250–300 тысяч человек в мире. Большинство пациентов умирают в течение 12–18 месяцев после постановки диагноза, и только 9 процентов остаются живы через два года после начала терапии.
