Победитель конкурса «Лучший учитель Кубани – 2026» Валентина Бовыка рассказала о том, легко ли быть молодым педагогом, как совмещать науку и школу и что делать с вопросами, которые ставят в тупик.
В Краснодаре в 33-й раз выбрали лучшего педагога Краснодарского края. Им стала учитель химии краснодарского лицея № 64 Валентина Бовыка. Нам удалось пообщаться с победительницей после награждения и задать ей несколько вопросов.
– Валентина, такие важные конкурсы – всегда испытание для нервов. Волновались?
– Безусловно, напряжение присутствовало. Но, честно признаюсь, на муниципальном этапе нервничала гораздо больше. А на краевой уже шла с желанием просто получить удовольствие и сменить обстановку, чтобы избежать профессионального выгорания, это у учителей случается часто.
– Все ли получилось на испытаниях? Что было самым сложным, на ваш взгляд?
– Из самого сложного – это испытания, которые напрямую не связаны с профессиональной деятельностью. Ведь в подготовке к уроку мы понимаем, что делать и что нас ждет, знаем, как это делать хорошо, красиво и качественно. А вот «Образовательный форсаж» или «Тактическое интервью» давались непросто.
К примеру, в ходе форсажа дается технологическое, инженерное решение, из которого надо выделить основную смысловую идею и попытаться перенести ее в сферу образования.
– Как в итоге справились?
– В качестве инженерного решения нам предложили установку, которая насыщает воду кислородом. Смысловой идеей я выделила насыщение чего-то, а на сферу образования спроецировала это задачей насыщения образовательной жизни ученика и развития, например, олимпиадного движения.
– Почему именно химия? Когда вы поняли, что эта наука станет делом всей жизни?
– Когда в 8-м классе начался этот предмет, сразу стало получаться и очень понравилось. Но поскольку мой отец – инженер-программист, то в семье меня потихонечку склоняли и в эту сферу. Я честно попробовала, но поняла, что программирование – это не мое. По-моему, надо заниматься тем, что любишь. Семья меня всегда поддерживала, поддержала и в выборе профессии. Поэтому после школы я поступила на химфак Кубанского государственного университета.
– Это не пединститут, по окончании можно работать где угодно. В педагоги сразу собирались?
– Не сразу. Мечтала заниматься научной деятельностью, да и начала, собственно, ею заниматься. Видела себя преподавателем, доцентом, а затем и профессором вуза. И в качестве университетского преподавателя себя даже попробовала.
Но – не всегда жизнь складывается так, как планируешь. В тот год, когда я планировала поступить в аспирантуру, с этим возникли сложности. А раз с академической средой не сложилось, решила пойти работать в школу. Я искала работу, а директор нашего лицея № 64 Светлана Петровна Карлова искала химика. Вот так я и школьная педагогика нашли друг друга.
– Школьная реальность оказалась такой, как представлялась?
– До этого я немного работала в школе: моя знакомая по определенным причинам не смогла закончить учебный год и уволилась, а я подменила ее на короткий срок. Но одно дело учить несколько месяцев, и совсем другое – тогда ты понимаешь, что эти дети с тобой до окончания школы. Не кто-нибудь как-нибудь потом разберется с тем, чему я не доучила, а этот кто-то буду я. Вот эта ответственность стала для меня абсолютно новым ощущением.
– Знаю, что на вашем счету семь патентов на изобретения, три статьи в ведущих научных журналах. В каком именно направлении вы работали? И неужели наука окончательно в прошлом?
– Нет, наука по-прежнему есть в моей жизни. Правда, времени на нее теперь все меньше и меньше. Но тем не менее все еще стараюсь вносить в нее свой, хотя бы небольшой, вклад.
Занимаюсь разработкой способов получения некоторых веществ. Если говорить простыми словами: есть различные вещества, которые слабодоступны как возможные лекарственные препараты, их не может переработать организм человека. Но их можно соединять с биодоступными металлами, чтобы потом проще усваивались. Вот именно способы получения веществ мы и патентуем.
– В школе вы третий год. Поделитесь впечатлениями: легко ли быть молодым педагогом?
– Три года на самом деле немалый срок. Уже ушли волнения о том, как завоевать уважение детей, будут ли они воспринимать меня как взрослого авторитетного человека. Хотя, безусловно, мне еще не хватает «насмотренности», опыта. Но это все хорошо нивелируется, потому что в лицее у меня есть педагог-наставник. Она учит, как реагировать на те или иные ситуации, как работать, как не терять себя. Как готовиться к урокам, чтобы не попасть впросак, ведь дети сейчас знают очень много, порой больше, чем нам хотелось бы…
– Бывает, что детские вопросы ставят в тупик?
– Бывает. В таком случае честно говорю, что дам ответ на вопрос позднее. Иногда ученики знают что-то, чего не знаю я, тогда благодарю за информацию. У меня есть очень талантливые ребята – например, один победитель олимпиад регулярно подбрасывает такие «задачки со звездочкой». Но это здорово, ведь так я развиваюсь и учусь вместе с ними.
Мой жизненный принцип – учитель всегда должен оставаться учеником. И в том смысле, что никогда не останавливался в постижении нового. И в психологическом аспекте: надо постоянно уметь ставить себя на место ребенка. Смотреть и видеть, насколько ему хорошо, комфортно, насколько он органичен и радостен, когда приходит к вам на урок. И стараться, чтобы каждый уходил с урока с ощущением успеха и поддержки, опоры в лице учителя. Это сложно, но я учусь этому.
– За время работы вам удалось вывести формулу идеального урока? А может, и идеального ученика?
– Идеальный урок – это никогда не урок, который ты изначально запланировал и написал на бумажке. Всегда все в итоге пишется детьми. И это надо принять как данность. Если рассуждать метафорично, то я прихожу в класс с куском мрамора и говорю: «К концу урока вы должны изваять из этого дерево». И какое бы дерево они из него ни сделали, это будет замечательно. Даже если я изначально планировала, что это будет береза, а у них получился клен. Я ставлю цель, а как ее добиться, уже решают они сами.
Ну а идеальный ученик… Он активен, вовлечен в урок и не боится говорить. Причем не то, что я хочу услышать, а то, что думает.
– Химия – сложный предмет. Наверняка, не всем дается. Как мотивируете детей учиться?
– Химия начинается с 8-го класса, и в этом возрасте, действительно, многие дети уже в принципе разочаровываются в учебном процессе. У них нет мотивации что-то учить, тем более если это не профильный класс, а ребенок прочно утвердился в статусе «троечника». Прежде всего говорю им, что мой предмет в их жизни будет присутствовать совсем недолго – всего два года, если они уйдут после девятого класса. А значит, информации не так уж много, и чтобы ее освоить, надо совсем чуть-чуть поднапрячься. Гораздо меньше, чем по другим предметам.
Ну и плюс помогает то, что я занимаюсь научной деятельностью, стараюсь показывать ребятам, как химия работает в реальной жизни. И когда все эти страшные большие формулы перестают быть просто формулами, предмет начинает нравиться. И это тоже мотивирует.
– Сейчас школа все больше переходит в «цифру», новые технологии вытесняют привычные формы. Скажите, вы за традиционные лаборатории со стеклянными пробирками или лучше изучать химические реакции в виртуальном пространстве?
– Я за симбиоз. Отказаться от стеклянных пробирок все равно нельзя – в любом случае надо учить детей работать руками, роботы никогда не заменят людей в этом плане. Но очень многие вещи мы не можем показать в рамках школьной лаборатории, потому что это взрывоопасно, пожароопасно, ядовито. И вот тут электронные лаборатории очень выручают.
– А есть ли жизнь за стенами школы? Или работа отнимает все свободное время?
– Удивительно, но да, есть! Особенно это чувствуется после работы в университете, вот там действительно вся жизнь была в стенах вуза, я пропадала там сутками. А в школе все же, даже с учетом подготовки к урокам, свободное время остается. Стараюсь потратить его на увлечения – мне нравится заниматься фото- и видеосъемкой. Люблю путешествовать. Это такие вещи, которые заряжают энергией и помогают жить.
– О чем мечтаете?
– Если говорить о мечтах, связанных с профессией, то очень хотелось бы когда-нибудь поработать со старшеклассниками. Сейчас у меня ребята среднего звена. А 10–11-й класс – это, в моем понимании, высший пилотаж. Совсем другие дети, совсем другие эмоции.
А из того, что не связано со школой, – мечтаю о крепкой семье. Летом планирую выйти замуж. И о собственных детях, конечно, мечтается.
– Осенью вам предстоит участие во всероссийском конкурсе «Учитель года». Уже знаете, чем будете удивлять жюри?
– Пока до конца не представляю. Все идеи относительно уроков рождаются в моей голове внезапно. Так что время на подготовку есть, и его гораздо больше, чем на предыдущих этапах. Но я точно знаю, что меня ждет большая поддержка и помощь в подготовке – и со стороны регионального Института развития образования, и от Краснодарского научно-методического центра. Они будут работать со мной в плотной связке, поэтому мне ничего не страшно. Конечно, надеюсь на победу!
